Будь со мной - Элис Петерсон

Прошла неделя с выпускного вечера Тикета. Мы с папой болтали на кухне, пока я готовила ужин. Тикет мирно спал в своей корзине у камина. Сегодня мы с ним прошли не меньше восьми километров, и даже холодный ветер с серыми тучами нас не остановили. На прогулку я надела сто одёжек и голубые наушники – подарок от собаки Алекс, Присциллы.

– Когда мы заходим в магазин, мой кошелёк становится значительно легче, – сказала мне Алекс на фуршете после церемонии. – У Присциллы страсть к дорогим вещам.

Эдвард дал мне свой телефон и адрес электронной почты, чтобы оставаться на связи, и предложил встретиться. Он жил в Лондоне, в Ричмонде.

В комнату вошла мама и сбросила туфли у камина.

– День прошёл отвратительно, – сказала она, падая на кресло и растирая уставшие ноги. – Противной жене клиента надоел дом, который они снимают всего-то за пять тысяч в месяц, и захотелось переехать. Поэтому она потащила своего мужа вместо работы смотреть другой дом, который ей, якобы, больше нравится. Я провела их по всем комнатам, а она говорит: «Знаете, что? Я передумала. Всё таки мы не будем переезжать».

Папа открыл бутылку с водкой и достал из морозилки лёд, чтобы смешать для мамы водку с содовой.

– Помнишь, несколько лет назад у тебя ещё был клиент – японец. Он снимал дом и боялся лягушек в саду.

– О, да! «Я видеть много лягусек». – Мама изобразила японский акцент. – «Мозет бить больсе пятьдесят. Канесьна, они смесьные, но мы бояться, сьто они ис пруда перелесть в дом». О, спасибо! – вздохнула она с благодарностью, забирая из папиных рук свой коктейль.

На ужин я готовила омлет с ветчиной. Наблюдая, как я разбиваю яйцо о край миски, мама поинтересовалась, как прошёл мой день. Но не дождавшись ответа, стала вдруг вспоминать свою детство:

– Когда я была маленькая, у меня была какая-то психосоматическая болезнь, – сказала она. – Во время ходьбы я выбрасывала правую ногу в сторону, как хромой солдат.

Со стаканом в руке она продемонстрировала свою странную походку.

– Это не прекращалось. Я ходила так в магазин, в школу, в церковь. Моя мама решила с этим бороться только потому, что я ее позорила. У неё была подруга, которая увлекалась всякими целителями, медиумами и прочей чепухой. Мама повела меня к целительнице, и я помню, как эта негритянка исполняла танец вуду и разбивала яйца над моей головой.

– Ну и что, мам? Это помогло?

– Конечно, нет! Потом мама отвела меня к врачу. Когда он спросил, откуда взялась эта болезнь, я назвала ему свой домашний адрес.

– Неплохой ответ, – сказал папа, взмахнув рукой с коктейлем.

– Всё-таки как прошёл твой день, Кас? – Мама посмотрела на спящего на спине и похрапывающего Тикета и улыбнулась. – Насыщенно, как я посмотрю.

– Да, неплохо. Кстати, я хочу вам кое о чём сказать.

Родители терпеливо ждали, когда я сообщу им свою новость, когда домой вернулся Джейми. Его уволили с работы, поэтому он больше не мог позволить себе снимать жильё в Лондоне и переехал домой. Правда, летом он собирался в Мадрид, снова преподавать английский местным предпринимателям.

– Что-то случилось? – спросил он, заметив напряжённую атмосферу неопределённости.

Он сел за кухонный стол, где всех ждал горячий ужин.

– Я еду кататься на лыжах, – объявила я.

От неожиданности папа уронил нож.

– Кататься на лыжах? Но…

– Куда? – перебила его мама.

– В Колорадо.

– Колорадо! – воскликнул папа.

– Когда? – продолжила допрос мама.

– Через пару недель.

– Через пару недель!

– Папа, ты так и будешь повторять за мной всё, что я говорю?

– Извини, просто я немного шокирован.

– Не хочу показаться тупым, но как ты будешь кататься на лыжах, Кас? – поинтересовался Джейми.

– Помнишь моего физиотерапевта Пола из больницы?

– Конечно, помню.

– Он рассказал мне об организации «Опора». Несколько месяцев назад они позвонили мне и спросили, хочу ли я участвовать в их программе. Я внимательно изучала информацию об их деятельности. В интернете написано, что это благотворительное учреждение, которое занимается организацией активного отдыха для инвалидов с травмами позвоночника. Гребля на байдарках, походы, лыжный спорт, сплав по реке на каяках…

– Подожди, подожди! Но как? – Джейми растерянно почесал затылок. – Они, типа, сажают вас на сани и спускают с горки?

– Это не опасно? – вставил папа.

– Я тоже об этом подумал, – посмотрел на папу Джейми. Ей-богу, иногда они вели себя, как два старичка. Им не хватало только клетчатых халатов и трубок во рту.

– Нет, не опасно. В Колорадо находится НСОЦИ.

– И как это расшифровывается?

– Национальный спортивно-оздоровительный центр для… – Я замолчала. – Инвалидов, – выдавила я наконец. – Короче, «Опора» постоянно организует такие поездки. Мне сказали, что в НСОЦИ профессиональные инструкторы, новейшее оборудование, врачи и их ребята.

– Ребята? – переспросил папа.

– Это волонтёры «Опоры».

Эмма, исполнительный директор организации, объяснила мне, что большинство волонтёров или «ребят» приходит к ним из крупных компаний.

– Они работают в банках, сетевых супермаркетах, телефонных компаниях. Отдел кадров оплачивает обучение своего управляющего персонала в наших центрах. Ещё волонтёрами становятся члены семьи бывших или нынешних участников программы.

– Понятно, волонтёры, – повторил папа.

Разговор проходил совсем не так, как я себе представляла. Я обратилась к маме, которая все время молчала, что было совсем на неё не похоже:

– «Опора» была основана в тысяча девятьсот восемьдесят… кажется, восемьдесят шестом. Парнем по имени Майк Немесвари. Он был профессиональным лыжником, но после несчастного случая не смог больше встать на лыжи. А он так мечтал прокатиться по склону горы.